Создать нельзя копировать. Бонус

После того, как были опубликованы три части основной статьи, я наткнулся на интересные материалы – интервью с людьми, имеющими отношение к данной теме (ссылки на оригиналы – в конце статьи). Подумал, что есть смысл выложить их мнения с моими комментариями.

Без ёрничания не обошлось (уж извините, не удержался), поэтому всё это идёт бонусом. Мои комментарии выделены красным.

Без прочтения основной статьи этот «бонус» читать бессмысленно, поэтому сначала сюда.

 

* * *

Андрей Терехов, завкафедрой системного программирования Матмеха СПбГУ, профессор, доктор физмат наук.

ЕС ЭВМ. Хорошо или плохо?

Есть такая конференция SORUCOM, посвящённая истории ЭВМ. Каждые 5 лет проходит. Я всегда на ней выступаю, иногда по две статьи пишу. Пять лет назад на конференции в Казани разгорелся спор по поводу копирования ЕС ЭВМ. Хорошо или плохо? Естественно, мы все сказали, что это была огромная стратегическая ошибка. Встаёт дядька, бывший директор какого-то завода: «Вы все дураки. ЕС ЭВМ разных было выпущено 17 тысяч штук. Мы сделали китайский скачок и помогли сдвинуться с мёртвой точки. Да, своровали огромное количество программного обеспечения. Но вы не писали на PL/1? Все писали, и я писал. Не писали на Фортране?» Я, кстати, был председателем государственной комиссии по приёмке Фортрана в Минске и отказался подписывать документ, поскольку все было ворованное.

Что именно «всё ворованное»?

В Советском Союзе ко двору больше пришёлся Алгол-60. Поэтому Fortran появился позже. Тем не менее, постепенно он вышел на первое место по популярности. Были разработаны компиляторы (трансляторы) для большинства отечественных ЭВМ – «Минск-32», БЭСМ-4, БЭСМ-6, АС-6, ЕС ЭВМ, СМ ЭВМ, МВК «Эльбрус» и так далее.  В ИПМ им. Келдыша в разное время было разработано несколько трансляторов. Два из них – Фортран-Алмо и Форшаг (Фортран шаговый) были написаны на языке Алмо и код генерировали на этом же языке. Это позволило установить трансляторы на несколько разнотипных ЭВМ. В обоих трансляторах реализован стандарт Fortran 66. Форшаг также включал язык диалога, который позволил создавать, редактировать и выполнять трансляцию кода в диалоговом режиме. Помимо этого, был разработан комплекс графических программ для Фортрана – Графор, который активно использовался на различных ЭВМ.

Язык и стандарт придуман не у нас. Компиляторы под отечественные машины надо было писать свои. Так что ещё раз: что именно было «всё ворованное»?

«У нас была БЭСМ-6», – говорим. – «Да, с тремя операционными системами говенными».

Наверное, это правда. Матобеспечение американское, которое мы сперли, можно как угодно ругать. Но его было много, им пользовались тысячи людей, сотни тысяч. После выступления того дядьки я студентам рассказываю историю ЕС ЭВМ уже не так резко и грубо.

То есть человеку, вроде как всю жизнь вращающемуся в компьютерных кругах, нужно было послушать выступление какого-то «дядьки», чтобы прояснить ситуацию с ЕС ЭВМ и ПО? Самому узнать у коллег, видимо, было неинтересно. И при этом он регулярно выступает на конференции по истории (!!!) ЭВМ, плюс «иногда по две статьи пишу». Просто прекрасно.

На самом деле, сказать, что спёрли, это не совсем правда.

Ой, да ладно, что уж теперь. Сказано – спёрли, значит спёрли!

Микросхемы-то нам не удалось украсть, все электрические схемы были оригинальными. Сперли архитектуру, систему команд и матобеспечение.

А как можно «спереть архитектуру» (про «украсть микросхемы» – это вообще без комментариев), особенно если она, по сути, открытая (выпускалось множество книг по System/360)?

Про матобеспечение (поставляемое с исходниками, по большей части купленное через подставные фирмы, чтобы обойти ограничения КОКОМ, см. основную статью), которое нужно было серьёзно «допиливать» под собственные «электрические схемы были оригинальными», повторяться не буду.

Машины были полностью оригинальными.

Что-то я недопонял… Так «всё спёрли» или «были полностью оригинальными»?

Причем мы смогли вовлечь в эту историю и немцев, и болгар, и чехов, и венгров.

Союз оккупировал немцев, болгар, чехов и венгров, силой заставляя делать «полностью спёртые» у Запада ЕС ЭВМ! Суровые времена, суровые нравы…

Это трудный вопрос, история не знает сослагательного наклонения.

Воровать нехорошо, но вся страна была такая.

Ну да, знаем: полстраны сидело, полстраны – охраняло…

Выделять вычислительную технику в отдельную тему, мне кажется, смешно.

Ага, «тупые совки»тм не в состоянии придумать ничего своего, воровали всё: ракеты, самолёты, спутники, литературу, бытовую технику, наукограды, заводы, танки, НИИ, спортивные достижения, сельское хозяйство, автомобили, университеты, электростанции… А компьютеры и электронику воровать – сам Бог, ой, Ленин велел!

То ли дело современная прекрасная и всеми уважаемая Россия – ничего не своровано, множество разработок мирового уровня, которое производится исключительно своими силами, даря счастье и благополучие народам всей Земли!

 

* * *

Владимир Анатольевич Китов, старший научный сотрудник лаборатории искусственного интеллекта, нейротехнологий и бизнес-аналитики, доцент кафедры информатики РЭУ имени Плеханова.

Советский Союз тогда пошел по пути копирования компьютеров IBM 360. Это нелегкое решение, ему предшествовало множество дебатов на самом высоком уровне, но идею заимствования айбиэмовских компьютеров поддерживали министр радиопромышленности Калмыков и президент российской Академии наук Келдыш. Мстислав Всеволодович Келдыш был умнейшим человеком [..] Почему он принял это решение? Мне кажется, потому что был реалистом и понимал громадную сложность создания операционной системы компьютеров третьего поколения. Известно, что корпорация IBM потратила на создание своего системного программного обеспечения для компьютеров IBM/360 несколько миллиардов долларов, сумму большую, чем стоимость проекта полета космического корабля «Аполлон» на Луну.

Тем не менее, заимствование – это далеко не всегда хорошо.

Где-то тихо захихикал маленький китаец, а японец стыдливо потупил взгляд…

Ведь российские специалисты – энтузиасты-творцы, которые всегда стремятся создать что-то своё. У нас были мощные программисты, великие математики. Решение копировать IBM/360 сильно ударило по советским компьютерным школам, т. к. государство урезало финансирование отечественных разработчиков.

И правильно сделали, что урезали финансирование – «создавать что-то своё» и выдавать по 5-10 компьютеров в год, несовместимых между собой, без ПО, можно исключительно за свой счёт, а не за счёт государства, тем более, когда была поставлена чёткая задача: делать унифицированные массовые ЭВМ. После почти трёх лет совещаний – пшик! Никто и ничего вменяемого так и не предложил. И в это время все знали положение дел с ЭВМ в США, что никакого паритета и близко нет – можно было сравнивать и делать соответствующие выводы.

Дело дошло уже до полного абсурда: шла холодная война, а Союз массово (!) покупал вычислительную технику у английской ICL, и покупал для крупнейших госструктур: для ГВЦ Госплана, Минморфлота, Внешторга и Госснаба, а также для Института проблем управления, завода АЗЛК, для Института ядерных исследований в Протвино.

В начале 70-х для Объединённого института ядерных исследований в Дубне была куплена у американцев (!) довольно древняя машина второго поколения CDC-6200 (американцы и не думали продавать Союзу современную на тот момент CDC-6600), и никто ни тогда, ни сейчас не орал про «устаревшую на десять лет ЭВМ», хотя она и в самом деле была устаревшая.

Доморощенные критики про эти факты стыдливо «забывают»! А ведь на это тратились сотни миллионов народных рублей! А всё потому, что кто-то капризничал, не хотел решать насущные задачи, а хотел делать «своё и из ряда вон выходящее».

Даже экстренный переход на универсальную архитектуру и массовое создание ЕС ЭВМ и СМ ЭВМ в намного больших объёмах, чем все выпускаемые до этого «не имеющие аналогов в мире» отечественные ЭВМ вместе взятые, положение дел не изменило. Компьютеров катастрофически не хватало, и в Союзе пользовались тем, что могли достать или сделать сами, поэтому и ЭВМ второго поколения находились в строю чуть ли не до 90-х годов!

В первую очередь, это ударило по институту Сергея Алексеевича Лебедева, по коллективу Башира Искандаровича Рамеева с его машинами «Урал» и другим.

«Ударило» не по институту, а по амбициям и самолюбию, так как в конечном счёте, без работы всё равно никто не остался (надо было поддерживать те ЭВМ, которые уже сделаны, разрабатывать и делать кучу периферии для новых ЭВМ,  писать прикладное и системное ПО). Если бы они предложили что-нибудь совместимое и универсальное, а не грозились бы делать что-то «из ряда вон выходящее», тогда и переживать, и увольняться, хватаясь за сердце, не пришлось бы.

В этом случае, деньги пошли на создание аналогов IBM/360 – компьютеров ЕС ЭВМ.

А ещё деньги в огромных количествах пошли нашим «западным партнёрам» на покупку их ЭВМ, так как отечественные министры и академики продолжали «заседать» и думать, что же делать дальше, в то время как Запад штамповал компьютеры аки сосиски.

А выбор был невелик: продолжать спонсировать древние отечественные проекты, заведомо ведущие в никуда (то, что дорогущие, крайне неудобные в работе и несовместимые ни с чем электронные монстры – это тупиковая ветвь, стал понимать даже самый бестолковый чиновник). Или другой вариант – сливать деньги англичанам, покупать их System-4 и полностью стать зависимыми от их настроения и отнюдь не дружественной мировой политической конъюнктуры.

После нескольких совещаний был предложен третий вариант: попытаться сделать свои собственные компьютеры, совместимые с IBM System/360 (лидером мировой компьютерной индустрии!), тем самым сохранив независимость и, пусть и не догнать Америку, но хотя бы поднять отечественное производство ЭВМ на один уровень с англичанами и остальными, кто пошёл по тому же пути.

Вы бы что выбрали?

Есть мнение, обычно его поддерживают ссылкой на известного голландского программиста Дейкстру, что саму идею копирования нам подбросили с Запада, чтобы разрушить советское компьютеростроение.

А чуть позже «подбросили» рок-музыку, джинсы и кока-колу… Детский сад…

Про уже навязшую в зубах цитату Дейкстры высказался Фельдман:

Красивая фраза известного программиста Дикстры о том, что IBM есть величайшая победа Запада в холодной войне, по-моему, просто бессмысленна... a System4, Siemens 4004 (совместимые с 360 по непривилегированным командам)... это чья победа? И с кем это «воевали» Англия или ФРГ? Замечу также, что Дикстра был сотрудником фирмы Burroughs, история которой закончилась после выпуска IBM/360. А с другой стороны, предположим альтернативу: решение о принятии стандартов IBM  не принято. Идут годы, ИТМ и ВТ вместе с ИК поручается создать новый аванпроект с новыми сроками, мирно развиваются несовместимые БЭСМ-4 (пробившиеся в серию с помощью газеты «Известия»), «Мински» и «Уралы». БЭСМ-6 (АС-6, «Эльбрус Б») после вытеснения Мельникова не развиваются, появляются отдельные модели М-3000, М-4030 и другие в разных городах... И в конце концов принимается новое решение о принятии чужих стандартов или...

Кстати, выяснилось, что на самом деле фраза Дейкстры вырвана из контекста, как это обычно бывает со знаменитыми фразами. В оригинале он сказал вот что:

Of course, 1964 was the year in which IBM announced the 360. I was extremely cross with Gerry Blaauw, because there were serious flaws built into the I/O organization of that machine. He should have known about the care that has to go into the design of such things, but that was clearly not a part of the IBM culture. In my Turing Lecture I described the week that I studied the specifications of the 360, it was [laughter] the darkest week in my professional life. In a NATO Conference on Software Engineering in 1969 in Rome, I characterized the Russian decision to build a bit-compatible copy of the IBM 360 as the greatest American victory in the Cold War.

Переводить не буду, но смысл фразы в том, что Дейкстра считал IBM System/360 плохой, поэтому, то, что СССР делал ряд ЭВМ, совместимых с «плохой» IBM, в том смысле, что СССР пойдёт по «неправильному» пути – это и была «победа США в холодной войне», типа, IBM зайдёт в тупик и утянет за собой советские ЕС ЭВМ.

А то, что «плохая» IBM System/360, на которых стал работать весь мир (плюс множество аналогов на той же архитектуре и ЕС ЭВМ в том числе), фактически «похоронила» его, несомненно, самые лучшие ЭВМ Burroughs, очень показательно.

 

* * *

Александр Ламден – с 1972 по 1991 год обслуживал БЭСМ-6, сначала как техник, позже как наладчик и инженер.

Автор рассказывает про свою самую любимую и самую лучшую ЭВМ БЭСМ-6.

Вот тут про надёжность и удобство работы.

– Сколько времени занимала утренняя профилактика?

– Делали ее обычно человека три-четыре, реже двое. Если все быстро и жалоб нет, это занимало полчаса. Если больше, устройство отключали, не пускали в работу и занимались им отдельно. После этого машину включали и начинали разбираться, что где не так. Чтобы все работало – так не бывало.

Так и запишем: «чтобы всё работало – так не бывало»…

Продолжайте!..

Другой случай. Все хорошо, машина работает, но ты решаешь что-то незначительное подправить. В это время что-то перестает работать в другом месте. Когда набралось несколько таких случаев – «уйти пораньше» и «подошел к машине, она сломалась» – завлаб сказал: «Поставить Ламдену тут раскладушку, а к машине его не подпускать!»

Мда… С надёжностью понятно, а что там насчёт универсальности и работы с периферийным оборудованием?

– Нынешнему поколению этого, наверное, не понять, потому что все устройства, которые можно себе вообразить, сейчас имеют стандартный интерфейс. Подцепил, драйвер загрузил – работает. БЭСМ-6, как и другая техника того времени, имела ограниченный набор штатных устройств, и не более того. Подключение чужеродного элемента чревато тем, что не стыкуются количество линий, уровни сигнала, алгоритмы работы. Вот это все надо было связать. В какие-то устройства приходилось внедряться довольно глубоко.

А… ну ясненько…

Мы как раз прицепляли очередную железяку и делали это совместно с Киевским институтом кибернетики. Основная часть мыслительного процесса была на нас, с ними мы согласовывали и уточняли схему, они делали макет, а в дальнейшем – рабочий экземпляр промежуточного устройства. Затем привозили к нам – отлаживать.

Получается, что для того, чтобы подключить периферийное устройство к БЭСМ, надо было задействовать целый институт! А потом ещё ездить в командировки и всё это добро отлаживать!

Кстати, да, как от такого откажешься? А вдруг появятся универсальные ЭВМ, к которым подключил «железку» и она сразу заработала! Это же катастрофа! Что же будет тогда делать куча тунеядцев, сидящих на «заказах»? Лишат их командировок, а за что им тогда деньги платить?

Обращу внимание, что речь тут идёт не про 50-е, где такой подход был в порядке вещей, а про 70-е и 80-е годы!

И к каким же выводам приходит автор? Вот, пожалуйста:

В общем у меня достаточно устоявшееся негативное мнение о машинах Единой серии, на которые тогда были брошены все силы и ресурсы. Соответственно, было угроблено направление БЭСМ и не уделялось должного внимания тому, что сейчас называется персональными машинами.

«Угроблено направление БЭСМ» – т.е. надо было и дальше создавать монстров второго поколения – вещь в себе, которое запрограммировать могли только узкоспециализированные (заточенные исключительно на БСЭМ) специалисты? Плюс к этому тотальная несовместимость ни с чем и сомнительная надёжность.

После вышесказанного, читать вот такое про ЕС ЭВМ просто смешно:

При этом техника оказалась не очень надежной, она была чувствительна к внешним воздействиям. Устойчивые машины научились делать только под конец, когда в этом и смысла почти не было. А вот БЭСМ-6 мы однажды не выключали целый месяц: решили поставить эксперимент, сколько она сможет работать без сбоев.

«Месяц безотказной работы» – это, действительно, было что-то выдающееся... для БЭСМ-6. Про ЕС ЭВМ, работающих годами в вычислительных центрах, вспоминать не будем…

Ну и надо признать, что ЕС ЭВМ – «создранная техника», как у нас тогда говорили. Потому что это копия IBM 360, а в дальнейшем – IBM 370, а значит, заведомое отставание.

Крайне забавно слышать про некое «отставание» от человека, в 80-х годах всё ещё работающего на монструозной транзисторной (!) числодробилке, разработанной в начале 60-х, которых сделали всего около 350 штук.

 

* * *

Эдуард Пройдаков – директор Виртуального компьютерного музея, разработчик, эксперт в области информационных технологий, преподаватель, журналист и переводчик.

М-4030 – это был клон или своя разработка?

Небольшое примечание. Серия ЭВМ М-4000 – первая в СССР ЭВМ на интегральных микросхемах. Управляющий вычислительный комплекс (УВК) М-4000 предназначался для использования в АСУ крупными технологическими агрегатами-цехами, предприятиями, а также для использования на различных ступенях иерархической структуры АСУ. Если ЕС ЭВМ делали все страны СЭВ, то М-4000 исключительно советская разработка (ИНЭУМ).

Серия М-4000, естественно, является совместимой и с IBM System/360, и с ЕС ЭВМ.

Американские специалисты, увидев машину М-4030 на выставке Интероргтехника-75, были крайне удивлены, что Союз в столь сжатые строки сумел наладить массовый выпуск совместимых ЭВМ и назвали эту машину «квантовым скачком советских компьютерных технологий»! (важное примечание: американцы писали это в своих документах, а не для советских СМИ) Но у отечественных «специалистов», всё это – «создранная техника» и «заведомое отставание». Да и вообще, нам американские специалисты не указ!

Своя. Часто говорят: «Передрали!», однако передрать можно идею, архитектуру, но не схемотехнику.

Слышал, что в военное время, когда прямой угол был больше 90 градусов, драли даже схемотехнику!

Во-первых, у нас иная элементная база. Приходится делать ту же функциональность, но совершенно другими средствами. У нас другая технология, другие стандарты. У американской техники дюймовые разъемы, у нас метрические. Они не совместимы – просто плату не воткнете.

С помощью молотка и зубила и не такое можно провернуть!

Вы помните, как вводили ЕС ЭВМ?

Вокруг единой серии шла упорная внутренняя борьба. В системном плане IBM-360 была проработана великолепно. Единая линейка, чего у нас не было ни в одной серии. Ни в «Уралах», хотя сейчас многие бывшие разработчики тех машин щеки надувают, типа «у нас был БЭСМ». Линейки БЭСМ не было. Плюс она очень дорогая, превращать ее в серийную машину для всех в те времена было крайне сложно.

Я не знаю подоплеки всевозможных подковерных игр, но основной довод тех, кто пробил ЕС ЭВМ, был таким: ребята, с этой машиной мы получаем такую уйму программного обеспечения, которая покроет все наши потребности. Потому что в то время миллиона программистов в Советском Союзе еще не было. Это уже потом всевозможными АСУ занимались 700 тысяч человек. Можно спорить, эффективно или неэффективно они работали, но это грамотные люди, которых подготовили, обучили. Вузы стали выпускать массу программистов, а это в какой-то мере элита.

В целом, всё верно написано. Я с «Виртуального компьютерного музея» почерпнул много интересной информации.

 

* * *

Радик Оганесович Ананян, один из первых сотрудников открывшегося в 1956 году Ереванского НИИ математических машин.

Ваш институт занимался и ЕС ЭВМ. Как это было? Координация шла из Москвы?

В то время по всем отраслям создавались головные институты. Головным по вычислительной технике для нас был НИЦЭВТ. Они заведовали всем хозяйством – где что будут делать. Каждый институт в Союзе разрабатывал свою систему. На наш институт была возложена разработка средних машин: ЕС1030, ЕС1045.

За основу ЕС брали IBM. Они у вас были?

Нет, вначале мы исключительно книгами пользовались. Когда в СССР вышла книга «IBM-360», в Армении её сразу раскупили. Кроме нашего института, стали появляться другие организации, которые занимались вычислительной техникой и смежными отраслями. В 90-е все это грохнулось.

Хитрые советские армяне драли у IBM даже не видя оригинала!

Каким было отношение к проекту ЕС в Армении?

У нас его нормально воспринимали. Мы настолько отстали, что нужен был какой-то прототип. Невозможно было самостоятельно идти в этом направлении, не зная, что делается в Америке. У них – прогрессивные технологии, мы вынуждены были их заимствовать. Это не только в вычислительной технике было – во всех отраслях. Всегда у нас был девиз «Догнать и перегнать». Но книга, которую у нас выпустили об IBM– неполная. Некоторые главы остались для нас секретом. То есть сделать машину по ней было нельзя – пришлось додумывать самим. Поэтому ЕС не идентичны IBM, переработаны в собственном соку, так скажем. Много изменений сделали наши ребята, естественно, к лучшему. Всегда, когда берёшься что-то делать, стараешься, чтобы получилось лучше прототипа.

Но у доморощенных критиканов своё «особое мнение»: «Ха-ха-ха! Компьютеры из Армении! Ха-ха-ха!..».

Вот, например, из какого-то форума:

Вот заимствовать технологии (и железные, и софтовые) – это да! Технологии всегда у нас были слабым местом, и «наколеночный» уровень сохранился и в «Единой Серии» [..] особенной наглостью отличались «тридцатки» – творения армянских мастеров. Те попросту приходили без трети комплектующих. Шутили, что их «разливают» в подсобном цеху Ереванского коньячного завода».

Это просто песня из серии «как создаются мифы»: «попросту приходили без трети комплектующих» видимо этот хохотун не ничего не слышал ни о военной приёмке, ни про сдачу ОТК…

 

* * *

Виталий Иосифович Штейнберг, ведущий разработчик БЦВМ (бортовых цифровых вычислительных машин), применявшихся в советских системах вооружений и системах боевого управления, главный конструктор ряда базовых межвидовых БЦВМ и бортовых цифровых вычислительных комплексов, созданных на их основе.

Как эти разработки и развитие советской отрасли ЭВМ в целом соотносились с мировым уровнем?

Необходимо отметить, что средства вычислительной техники в СССР создавались в ряде городов страны, в частности, в Пензе, Минске, Казани, Ереване, куда были направлены часть ведущих разработчиков из НИЭМ. Семейства машин, создаваемых в этих городах для народного хозяйства и обороны страны, не были программно-совместимыми, что создавало определенные трудности подготовки специалистов по вычислительной технике и в организации их эксплуатации.

7 апреля 1964 года американцы анонсировали важнейшую разработку, получившую название IBM System/360 (IBM/360). Это семейство компьютеров класса мейнфреймов, которые, в отличие от предыдущих серий, являлись программно-совместимыми, так как использовали один и тот же набор команд, что позволяло заказчикам покупать недорогую младшую модель и при необходимости заменять её на более производительную. Данная система впитала в себя всё лучшее, что было создано разработчиками средств вычислительной техники в разных странах, в том числе, и советскими.  Затраты на разработку IBM/360 составили около 5 миллиардов долларов США в тогдашних ценах. Таких средств на НИОКР Советский Союз тогда затратить не мог. Между тем, машины типа IBMвсе шире распространялись в мире, программы для них стали создаваться и в СССР, несмотря на то, что созданный в 1949-ом году по инициативе США Координационный комитет по экспортному контролю (КОКОМ) препятствовал продаже такой техники в СССР и другие страны социалистического содружества.

Именно в этот период в 1967 году постановлением ЦК КПСС и Совета министров СССР Минрадиопрому было поручено организовать в Москве Научно-исследовательский центр электронной вычислительной техники (НИЦЭВТ) со строительством в промзоне Чертаново, на который возлагалась задача по созданию единой системы унифицированных ЭВМ для СССР и стран социалистического содружества. В состав нового Центра под руководством С.А. Крутовских в 1969 году был включен и НИЭМ, имевший к тому времени высококвалифицированный коллектив разработчиков численностью около 2 тысяч человек, развитую инфраструктуру, опытное производство и испытательную базу, а также необходимые лабораторно-производственные площади. Два тематических подразделения НИЭМ по бортовым и возимым ЭВМ вошли в состав комплексного отделения по БЦВМ, одного из четырех крупных научно-тематических подразделений в структуре НИЦЭВТ.

В качестве прототипа для создания Единой системы ЭВМ (ЕС ЭВМ) был выбран IBM/360.

В сравнительно короткое время НИЦЭВТ в кооперации с целым рядом разрабатывающих предприятий СССР и стран социалистического содружества разработали семейство моделей ЭВМ, программно-совместимых с моделями IBM/360 на отечественной элементной базе в отечественных конструктивах, которые были запущены в производство на имевшихся и вновь созданных заводах радиопромышленности.

Достижения СССР и социалистических стран в области вычислительной техники дважды демонстрировались на ВДНХ, что приоткрывало свойственную таким разработкам завесу секретности. Выставки вызвали изумление представителей Америки и Западной Европы: они не ожидали, что СССР и страны социализма самостоятельно так быстро достигнут столь ощутимых успехов.

С появлением отечественных монолитных микросхем со средним уровнем интеграции мы разработали БЦВМ А-40 – по этой теме я тоже был назначен главным конструктором. Реализованный при моём руководстве в качестве главного конструктора впервые в стране ряд базовых унифицированных моделей БЦВМ А-30, А-40, А-50, программно совместимых с ЕС ЭВМ, позволил разработчикам систем и объектов вести наиболее трудоёмкую стендовую отработку общесистемного программного обеспечения параллельно с разработкой и испытаниями БЦВМ. На основе БЦВМ А-40 и целого ряда внешних устройств, создаваемых предприятиями радиопромышленности, был реализован ЭВК «Бета-3М» на гусеничном шасси, работающий на ходу в составе АСУ войсками фронта «Маневр».

Неплохое описание «ужасного ужаса», наступившего после принятия «рокового решения», после чего «вся электроника умерла»…

В целом, здесь добавить особо нечего. Ещё раз обращу внимание, что все эти разработки были полностью отечественными, на отечественной элементной базе.

Смотря на Ютубе иностранных (в основном американских) блогеров, интересующихся, собирающих и восстанавливающих различные ретро «железяки» – телевизоры, приёмники, магнитофоны, в том числе и советские, часто видел неподдельное удивление, когда при разборе последних они не обнаруживали столь привычные для них детали от Motorola, Matsushita, Philips и пр., а видели только советские комплектующие.

 

* * *

Анатолий Слюсарь начинал карьеру, работая на ЭВМ ЕС-1022 в вычислительном центре Ленинградского обкома КПСС (Ленинградское отделение НИИ Автоматической аппаратуры, в дальнейшем – ЛФ НИИ «Восход»). В интервью он вспоминает, как работали программисты 1980-1990-х и дает оценку единой серии. По словам Анатолия Владимировича, именно на этих машинах выросло первое массовое поколение российских программистов и был приобретён успешный опыт локализации зарубежного ПО.

На ваш взгляд, внедрение ЕС ЭВМ – правильное направление развития электронной вычислительной техники в СССР?

Мне кажется, правильное. До появления ЕС ЭВМ в СССР было очень много всяких машин. Они не стыковались между собой ни по способам хранения данных, ни по алгоритмам. Обмен программами был затруднен при таком разнообразии. Мы могли развивать свое, но тогда отставали бы все дальше и дальше. Здесь же мы получили образцы техники. Понятно, что из-за эмбарго на поставку готовых машин собирать их приходилось в СССР. Но никто нам не запрещал покупать комплектующие. Архитектуру и операционную систему IBM не патентовал, их тоже можно было покупать, перерабатывать, использовать. Была единая архитектура, масштабируемость, более мощные процессоры, больше памяти. Они все были совместимы – по операционной системе, по способам хранения данных, по программному обеспечению. Я считаю, это был правильный период нашего развития, позволивший шагнуть вперед и обучить системных и прикладных программистов – они перенимали опыт программирования, который уже был в Америке.

Прямо диссидентство! Нам же «очевидно», что «всё своровали», «электроника умерла» и наступил «ужасный ужас»! А тут – «правильный период нашего развития, позволивший шагнуть вперёд»

Да нет, чушь какая-то…

Отголоски «принять – не принять ЕС» из 1960-х до вас дошли?

Я был тогда молод и об этом, конечно, не задумывался. Когда я пришел в вычислительный центр, ЕС ЭВМ уже начала там работать. Рядом в соседнем зале стоял «Минск-32», и не возникало никаких сомнений, что надо перенести все, что накоплено и наработало на нем, на ЕС. И что эта машина лучше той, тоже было очевидно.

Да? Вот очередной форумный критикан пишет про ЕС-1020, что «оказалось, что машина по памяти, быстродействию, периферии слабее, чем «Минск-32». Кому теперь верить?

Кроме дистрибутива операционной системы, вам приходилось работать с американскими программами?

Нет. Прикладное программное обеспечение все было свое.

А большинство говорит, что ПО было ворованное! Вообще всё украли! Ведь миллионы блогеров не могут ошибаться!

Наверное, системы для управления какими-то производствами можно было взять у американцев за образец, но у нас задачи были достаточно специфические. Это же центр обкома. Поэтому я знакомился с оригиналами только операционной системы, компиляторов с языков программирования.

…Это была интересная работа, и делали мы ее для московской организации. Приходилось часто ездить в Москву, сдавать, получать задания. Но только мы закончили эту разработку, начали сказываться негативные последствия перестройки, и в течение буквально двух лет (1988-1989) все стало сворачиваться. Финансирование резко сократилось, никто не знал, что делать, и многое, что было наработано, стало пропадать.

 

Напоследок.

Я нашёл ещё несколько познавательных статей про ЕС ЭВМ и довольно интересный фактологический материал (а не очередные «воспоминания»), по которому, скорее всего, напишу отдельную статью. Так что цикл про ЕС ЭВМ будет продолжен.

 


Источники:

Андрей Терехов (продолжение): «Когда говорят, что мы отстали от американцев навсегда, я отвечаю: „Не дождетесь!“»

Владимир Китов: «Телемонитор ОБЬ мы сделали практически подпольно»

Александр Ламден: «Любая железяка обладает характером»

Эдуард Пройдаков: «В свое время электронику вытащили персоналки. Сейчас ее вытащат роботы»

Радик Ананян: «Вычислительную машину я не видел, пока мы не сделали ее сами»

Гонка без финиша. Интервью конструктора советских бортовых компьютеров

Анатолий Слюсарь: «Период ЕС ЭВМ позволил нам обучить системных и прикладных программистов»






www.etheroneph.com