Первые шаги НОТа

(c) Atsushi Koyama

Источник: журнал «Знание – сила», №9, 1965 год.

Летом этого года в Киеве было совещание, посвящённое возрождению НОТа на новой основе. Слова «возрождение» и «новая основа» имеют здесь особый смысл. Дело в том, что у НОТа в нашей стране давняя история.

Вскоре после Октябрьской революции профсоюз металлистов, работая по тарификации и нормированию труда, столкнулся с рядом трудных и довольно неожиданных проблем. Тогда возникла мысль о создании института, который бы занялся изучением организации труда в стране Советов. Гражданская война, интервенция, необходимость прежде всего решать вопросы обороны несколько отодвинули осуществление этой идеи. Однако уже в 1920 году в Москве был организован Центральный иноитут труда (ЦИТ).

...Это было почти сорок лет назад. Руководитель института, горячий энтузиаст своего дела Алексей Капитонович Гастев говорил о НОТе: «Что такое научная организация труда? Это организация, основанная на строго учтённом опыте... Прежде чем изменить способы работы, надо их тщательно изучить».

Институт начал комплексные исследования. И первым их практическим результатом и вместе с тем первыми шагами НОТа стала цитовская система профессиональной подготовки рабочих. Как тогда говорили, «обучение по методу ЦИТа».

 

ТРУДОВЫЕ ТРЕНИРОВКИ

Не правда ли, странное название? Мы как-то больше привыкли к выражению «спортивные тренировки». Боксёр отрабатывает удар на «груше», пловец совершенствует стиль в бассейне – они тренируются.

А разве большинство профессий не связано с характерными чисто физическими навыками? Как известно, для быстрого стенографирования нужна выносливость пальцев правой руки. Кстати, любой студент, конспектировавший лекции, знает, как быстро от скорописи устаёт рука. Обучение стенографисток начинается со специальной гимнастики. Вот, к примеру, упражнение, которое укрепляет мускулатуру пальцев, придавая им большую гибкость и силу. Три гладких цилиндра (2-3 см. в диаметре) и один побольше помещают между верхними суставами расставленных пальцев, которые в продолжение некоторого времени сгибают и разгибают.

Трудовые тренировки воспитывают не только силу, ловкость, выносливость отдельных, так сказать, «рабочих органов» человека, но и развивают у него необходимые в любом труде нервно-мышечные автоматы. Для слесаря, которому приходится работать молотком, есть, скажем, такие упражнения. Зажав в кулаке палку, надо вытянуть руку вперёд и делать движения кистью вверх и вниз. Упражнение можно усложнить: поднимая кисть вверх, надо разжимать три пальца – средний, безымянный и мизинец. Один экспериментатор проделал такой опыт. Каждый день он тренировал одни средний палец. Он поднимал только этим пальцем гирю весом в полтора килограмма – через каждую секунду, под удары метронома. Вот его «производительность». В течение первой недели тренировок ему удавалось поднимать гирю 48 раз, во вторую неделю – уже 60 раз, в течение третьей – 86, в четвертую – 116, в пятую – 136 раз.

 

НАДО ЛИ ВСЛЕПУЮ?

В ЦИТе в конце двадцатых годов был проведён интересный эксперимент. Сравнивали результаты обычной работы слесаря с работой вслепую. Оказалось, что вслепую точность выполнения задания снизилась не на много – всего на 20 процентов. Но зато почти вдвое увеличилась продолжительность выполнения операции. Из этого эксперимента был сделан вывод, что, обучая будущих слесарей опиловке, надо обязательно давать им для тренировки серию упражнений, аналогичных работе напильником вслепую. Зачем? Разве слесарю когда-нибудь придётся работать с закрытыми глазами? Нет, конечно. Цель такой тренировки была иной: воспитание нервно-мышечного автоматизма. Как показало лабораторное исследование, именно автоматизм, рефлекторность элементарных навыков является непременным (хотя и не единственным) условием быстрого и точного выполнения работы.

 

«ЧЕЛОВЕК-ХРОНОМЕТР»

Умение производить работу с определённым постоянным темпом является одним из признаков высокой квалификации. Постоянный темп в течение всей смены даст возможность рассчитанно распределять усилия. Кстати сказать, в спорте на ровность темпа сейчас обращается исключительное внимание. Нельзя сказать, чтобы в старину этим совершенно пренебрегали. Однако лет сорок назад, когда финн Паово стал постоянно на тренировках и состязаниях пользоваться секундомером, чтоб все время бежать с одной скоростью, его прозвали «человек-хронометр».

 

ОТ НАПИЛЬНИКА ДО РОМАНСА

Каждый, кто учился работе напильником, знает, как трудно бывает добиться правильной координации движений. Надо ритмично перераспределить усилия между правой и левой руками. Когда напильник находится в исходном положении, сильно, с нажимом работает левая рука. Правая в это время продвигает и уравновешивает инструмент, чтобы не было завалов вперёд. Но вот напильник пришёл в движение. Роли рук меняются на ходу. Главное давящее усилие теперь у правой, а левая только уравновешивает, страхуя от завалов назад. Непродолжительное расслабление рук – и всё начинается сначала.

Быстро добивается успеха тот, кто тренировкой сумеет довести до автоматизма выполнение каждого движения в отдельности. После этого их легче координировать, соединяя в определённом согласовании.

Ещё более сложные задачи на координацию движений, как известно, приходится решать пианисту. У него одновременно в действии руки и нога. Причём, правая рука в большинстве случаев быстро перемешается по правой стороне клавиатуры, у левой в это же время более медленный темп: одновременно, в самые разнообразные моменты включается в движение и правая нога, нажимающая педаль. Если нужно бывает приглушить звук (вторая педаль), то в игру вступает и левая нога. Всё это также достигается длительными упражнениями по отдельным элементам.

Своеобразным рекордом в области координации движений было выступление артистки Tea Альбы, гастролировавшей в Москве в 1928 году. Ей удавалось одновременно писать пять различных слов на разных языках. Тремя кистями она одновременно рисовала три разных шаржа. А садясь за рояль, она левой рукой играла музыку одного композитора, правой рукой – другого, и в то же время пела романс третьего. Представьте себе этакое сочетание: аккорды Бетховена, пассажи Листа и романс Чайковского. Разумеется, для любителей музыки подобное исполнение было мучительной какофонией, но почитатели цирка и оригинальною эстрадного жанра остались довольны.

 

КАК ТРЕНИРОВАЛИСЬ ОТЦЫ КОСМОНАВТОВ?

Несмотря на всю сложность специальных тренировок космонавтов, о центрифугах, «роторах» и прочей земной оснастке небесных братьев знает сейчас каждый школьник. А как готовили себе к полётам отцы современных космонавтов – лётчики 20-х годов? Заглянем в одну из книг тех лет, посвящённую проблемам профессионального обучения.

Для того, чтобы приучить лётчика совершенно спокойно и хладнокровно относиться к самым разнообразным положениям в воздухе, рассказывает автор, курсанта привязывают внутри колеса за ноги и за руки, а затем колесо катится в любом направлении. Это лишь простейшие, так сказать, «общеукрепляющие» упражнения. Дальше речь идёт о более сложных приспособлениях.

Аппарат, построенный по образцу одноместного моноплана, имитирует движения самолёта при поворотах и снижении. Он снабжён двигателем и воздушным винтом, управление аналогично управлению самолётом, причём ощущения полёта воспроизведены весьма реально.

Вокруг большого кольца, вделанного в бетонную базу на полу, свободно вращается полутораметровый брус. На нём – стальная труба, к которой универсальным шарниром прикреплена самая машина.

Управление поступательным движением достигается посредством отходящей струи воздуха, а боковые наклоны регулируются специальными гирями, скользящими в крыльях из стороны в сторону. Система контактов соединена с трёхцветными огнями в кабине лётчика и контролируется инструктором на расстоянии. Лампочки загораются, если снижение производится под слишком тупым углом. Если лётчик неправильно делает повороты, двигатель автоматически выключается.

A вот другой тип наземного «летательного» аппарата. Это небольшой закрытый корпус с элеронами, рулями поворота и высоты. В движение его приводит электромотор с пропеллером. «Аэроплан» помещён в двойной треножной раме на шестиметровой высоте. Это создаёт ощущение оторванности от земли и до некоторой степени открывает перспективу обзора. Будущий лётчик привыкает к порывам ветра, бьющего в лицо, к шуму пропеллера, к качке. Нажимая на педали и перемещая ручку управления, он может регулировать равновесие «самолёта», придавать аппарату различные положения, чувствуя себя при этом в полной безопасности. Пилот привыкает также к обращению с приборами при различных положениях полёта.

 

 

КАЛИБРЫ ПОВЕДЕНИЯ

1. ДВА УРОКА – И ВЫ ПЛАВАЕТЕ

В начале века в Англии был изобретён специальный аппарат для желающих научиться плавать. Авторы его гарантировали успех всего за два урока. Ученик ложился ничком на тюфяк тренажёра. Его руки и ноги привязывали к специальным подушечкам. Когда инструктор поворачивал ручки механизма, конечности обучающегося автоматически проделывали правильные плавательные движения. Считалось, что после приобретения таким способом основных навыков, переход к плаванию в поде не представляет больших затруднений.

Оставим на совести изобретателей обещание насчёт двух уроков. Куда важнее, что таким способом действительно можно быстро обучить правильным приёмам плавания. Изобретением заинтересовались тренеры игры в гольф. Они специально засняли на киноплёнку движения нескольких знаменитых игроков и, проанализировав отснятый материал, сконструировали тренировочный аппарат-направитель. С его помощью можно было предупреждать ошибки, вырабатывать правильный взмах, постановку тела, головы и рук при игре в гольф, распространённый в Англии. Это стальной обруч метра полтора в диаметре, установленный на двух подставках, поднимающихся и опускающихся по росту игрока. Человек стоит внутри обруча и держит палку, которая свободно движется на колёсике по кругу. Вот, собственно, и всё сооружение. Ударяя, игрок принуждён производить правильные движения и сохранять нужное положение головы, рук и ног. После небольшой практики правильная техника игры превращается в навык. Палку можно было приспосабливать для тренировки размаха как в горизонтальной плоскости, так и в вертикальной, и для прицела на разном расстоянии.

 

2. БИОИНЖЕНЕРНАЯ КЛИНИКА

Характерно, что идея таких тренировочных аппаратов была использована при создании цитовских моделей для обучения слесарному делу.

Известно, когда мы принимаемся за новую работу, то устаём быстрее обычного. Например, человек учится кататься ка велосипеде. Через час он уже в изнеможении. Это происходит оттого, что новичок не в состоянии распределить мышечные усилия так, чтобы работали только определённые группы мышц. Он тратит много лишних сил. При этом его сознание напряжённо ищет путей рационального управления телом в непривычном ещё режиме работы. Впоследствии в работу вводятся только нужные группы мышц, и управление ими становится бессознательным, автоматическим. Человек научился кататься на велосипеде.

Примерно то же происходит, когда мы учимся письму. На то, чтобы написать определённую букву, вначале уходит масса сознательных усилий. Только хорошенько поупражнявшись, ребёнок пишет её без особых усилий. Став взрослым, человек уже не обращает внимания на самый процесс писания, это делается автоматически; его сознание сосредоточено на тех мыслях, которые он хочет записать.

В Центральном институте труда в своё время была организована так называемая биоинженерная клиника. В ней изучался организм человека во время работы. Специальная аппаратура контролировала силу, меткость и координацию движений квалифицированного рабочего.

Так появились механические тренажёры для отработки правильного удара молотком. Они не только концентрировали внимание ученика на определённых физических действиях, но и освобождали новичка от излишних нервных и мышечных напряжений. Кистевой тренировочный аппарат, снабжённый особым шаблоном для запястья, предопределял работу только небольшой нужной группы мышц предплечья.

В тренировочную аппаратуру ЦИТа входили также приспособления для сигнализации ученику о неправильностях в его работе. Эти сигналы (световые и звуковые), включавшиеся автоматически, были как бы предельными калибрами не для изделия, а для самого ученика, они «разрешали» определённые «допуски» в его трудовом поведении, но поднимали тревогу каждый раз, когда предел бывал грубо нарушен.

 

О ВРЕДЕ И ПОЛЬЗЕ ТАБАКА

Во время войны два английских офицера поспорили, чей отряд скорее закончит рытьё траншеи, причём их отряды были одинаковыми по числу солдат и техническому снаряжению.

Один отряд работал обычным способом. А другой разбился на три смены. Первая смена работает, остальные отдыхают. Каждая смена после 5 минут работы 10 минут отдыхала.

Пари выиграл более изобретательный офицер. Его отряд первым закончил работу, и солдаты были менее утомлены.

...В журнале «Предприятие» № 1 за 1929 год были опубликованы следующие данные. Инженер Л. Барташев принимал участие в переводе одной шанхайской фабрики на сокращённый рабочий день. Когда рабочие проводили у станка по 9 часов в день, то их дневная выработка равнялась 1620 условный единицам. Затем перерывы на отдых упорядочили. Официальные перерывы в течение дни в сумме равнялись 1 часу. Выработка повысилась до 1812 единиц. Фабрика перешла на 8-часовой рабочий день. При работе без перерывов выработка упала до 1775 единиц. Когда же ввели перерывы для отдыха, она повысилась до 2140 единиц.

...В Красноярских железнодорожных мастерских и литейке чернорабочие выбивали опоки. Ежедневно по 5 часов. Однако выяснилось, что фактически рабочее время используется ими только на 40-60 процентов. Остальное время уходило на перекуры. Тогда администрация установила работу с обязательными перерывами на отдых: после 45 минут работы – четверть часа отдыха. В результате для выбивки тех же опок стало требоваться не 5 часов, а всего 3,5 часа. Кроме того, штат рабочих сократился с 15 человек до 9.

 

ПРАВАЯ ТРЕНИРУЕТ ЛЕВУЮ

Экспериментально было установлено, что тренировки одного из парных органов человека в большей или меньшей степени сказываются на другом, не тренированном органе.

Человек, которому предложили поупражняться в ударах рапирой, после ста ударов правой рукой достиг определённого результата. Затем ему предложили переложить рапиру в другую руку. Каково же было его удивление, когда обнаружилось, что результаты нетренированной левой руки всего на 25 процентов хуже результатов правой. Разумеется, этот человек не был левшой.

А вот другой опыт. После упражнений в рисовании правой рукой шестиконечной звезды, отражённой в зеркале, левая рука изображала такую же звезду лишь на 10 процентов менее успешно.

Однако, как выяснилось, при продолжительном упражнении одна половина тела всё более будет «удаляться» от другой в смысле успешности выполнения определённой работы как в количественном, так и в качественном отношении.

Тут-то и кроется объяснение всем известной истины, что правой рукой и правой ногой большинство людей владеет значительно лучше, чем левыми.

 

СТУПЕНИ УСПЕХА

Учёные считают, что у тренировок есть свои довольно строгие законы. Например, один из них: успех упражнения нарастает сначала очень быстро, а потом крайне медленно.

Это подтверждает и эксперимент. При обучении стрельбе из лука, на основе данных о точности попаданий и количестве упражнений, вычертили график. Вот что он показал. Наиболее явный прогресс был достигнут в первой сотне упражнений, дальше шло колеблющееся, очень медленное улучшение.

А вот другой опыт. При обучении прядильщиц измеряли время, затрачиваемое на ликвидацию каждого обрыва нити. В первые четыре дня ученицы поражали своими успехами. Затем наступило торможение, даже некоторый спад. Так, почти без изменения дело шло более двух недель. Новое улучшение в ликвидации обрывов пришло на 21 день и продолжалось до 31 дня. Потом снова наступило торможение, сменившееся вскоре более плавным прогрессом.

Объясняется это тем, что сформировавшиеся в первые дни навыки требуют закрепления. Лишь когда ученик освоится с достигнутым уровнем, почувствует, что справляется с работой легко, придёт новое «наступление» на работу, а с ним и новое нарастание эффективности.

В общем, в большинстве случаев овладение определёнными навыками происходит как бы по ступеням.






www.etheroneph.com

Facebook

ВКонтакте