Мои музыкальные проекты

 

   Ищу дистрибьюторов для распространения CD  

 

Передача мыслей 1/3

Источник: журнал «Техника-молодёжи», №1 за 1961 год.

Уважаемая редакция!

Нам иногда приходилось слышать рассказы о различных необыкновенных случаях, когда якобы происходила непосредственная передача мыслей на расстоянии. Иногда бывает, что двое людей, встречаясь, обнаруживают, что в одно и то же время они думали об одном и том же. Как можно объяснить подобные явления? Быть может, это всего лишь случайные совпадения? Мы обращаемся к вам с просьбой ответить на вопрос: возможна ли передача мыслей на расстоянии?

Этот вопрос интересует многих. Из-за недостаточного знания природы таинственных явлений человеческой психики в иных случаях можно встретиться с их мистическими и религиозными толкованиями. Кому, как не молодёжному научно-популярному журналу, на страницах которого часто выступают известные учёные самых различных специальностей, следовало бы рассказать о природе подобных явлений.

И. Пархоменко. И. Савельев. С. Добрачёв, А. Туров, студенты биолого-почвенного факультета МГУ

Мы постоянно передаём свои мысли на расстоянии голосом, телефоном, телеграфом, радио. Вопрос, поставленный нашими читателями, касается возможности передавать мысли без помощи слов и технических средств связи. Нет никакого сомнения в том, что даже самые таинственные явления психики имеют материалистическую основу, исключающую какую бы то ни было возможность мистических или религиозных толкований. Сегодня мы открываем дискуссию по вопросу о возможности передачи мысли на расстоянии.

Известно, что мозг человека обладает биоэлектрической активностью. Не может ли он выступать в роли «передатчика», излучающего электромагнитные или иные волны? Об атом говорит выступающий первым в обсуждении доктор биологических наук, заведующий лабораторией физиологической кибернетики Ленинградского университета П. Гуляев.

 

ЭЛЕКТРИЧЕСТВО И МОЗГ

В мозге нет процессов механического движения, там все неподвижно. Только по кровеносным сосудам непрерывной струёй течёт кровь. Элементы мозга не выделяют ни света, ни звука. Основной физиологический процесс, текущий непрерывно в мозге, – это распространение по нервным клеткам – нейронам – миллиардов нервных импульсов и изменения состояния клеток. Всё это физико-химические процессы нарушения структуры. Они сопровождаются возникновением электрического тока.

Запись электрических токов коры мозга, или электроэнцефалограмма, представляет огромный интерес и привлекает к себе внимание тысяч учёных всяких специальностей: физиологов, медиков, физиков, химиков, инженеров, математиков и даже философов. Интерес к электроэнцефалограмме вполне понятен. Электроэнцефалография – прямой и объективный метод изучения активности коры головного мозга.

Электрическое исследование коры имеет свои трудности. Поверхность коры мозга взрослого человека равна 2 тыс. см2. Конфигурация её очень сложна. Она покрыта извилинами и изрыта бороздами. Количество нервных элементов мозга достигает 14 млрд. Они связаны между собой большим количеством связей. При поверхностной электроэнцефалографии теоретически доступна только одна треть всей поверхности коры, а фактически ещё меньше.

За 30 лет, протекших с 1929 года, когда впервые была опубликована электроэнцефалограмма человека, сделано колоссальное количество опытов. Что же дало изучение электроэнцефалограмм? Выяснилось, что электрические процессы коры мозга имеют ритмический характер. Электрических ритмов коры очень мало, все они укладываются в ряд от 1 до 50 колебаний в секунду. Главные из них – следующие пять видов ритмов: альфа-ритм – частотой от 8 до 13 колебаний в секунду, бета-ритм – от 14 до 35, дельта-ритм – от 0,5 до 3,5, тета-ритм – от 4 до 7 колебаний. Некоторые исследователи допускают ещё гамма-ритм – от 35 до 50 колебаний в секунду. Обозначение ритмов греческими буквами введено для удобства изложения и принципиального значения не имеет.

Ритмы активности головного мозга

При различных состояниях мозга электроэнцефалограмма изменяется, в бодрствующем состоянии наиболее выразительно изменение альфа-ритма. Известна так называемая «депрессия» альфа-ритма, то есть уменьшение его амплитуды до полного исчезновения при различных раздражениях.

Ритмы распределены по коре мозга неравномерно. В затылочных долях находят преимущественно альфа-ритм, в лобных – бета-ритм. Меняются ритмы и во время сна. По мере углубления сна частота ритмов начинает снижаться. В самом глубоком сне частота ритмов снижается до 1 колебания в секунду. Но электрическая активность коры ни на секунду не прекращается; она только преобразуется, становясь ниже по частоте, но зато выше по амплитуде. Таким образом, сон – тоже активное состояние коры мозга, но эта активность уже иная, чем е бодрствующем состоянии.

Электроэнцефалограмма зависит от возраста человека. Она возникает задолго до рождения ребёнка, вместе с возникновением мозга. В первые месяцы жизни она имеет нерегулярный характер. По мере созревания мозга созревает и электроэнцефалограмма. Основная тенденция состоит в повышении с возрастом человека частоты ритма. Если в первые дни жизни частота ритма электроэнцефалограммы была 1 колебание в секунду, то к 10 годам она увеличивается до 10 колебаний в секунду. Установлено, что к 19 годам электроэнцефалограмма достигает полного развития и в дальнейшем, примерно до 80 лет, почти не меняется. В глубокой старости электроэнцефалограмма начинает обратный ход своего развития, она как бы молодеет. Частота ритма понижается, и электроэнцефалограмма принимает «детский» вид, вот объективный признак выражения – «старик впал в детство».

Многих, конечно, интересует, можно ли прочитать мысли по электроэнцефалограмме, узнать умственные способности, темперамент, характер, образование, привычки человека, есть ли разница между электроэнцефалограммой гениальных людей и средних и т. д. И вы вправе ждать ответа на эти вопросы. Ведь электроэнцефалограмма валяется непосредственным сигналом активности клеток коры мозга, а в коре как раз и заключены все вышеперечисленные качества человека. Но огромным количеством опытов доказано, что на такие вопросы электроэнцефалограмма ответа дать не может. А почему?

Электроэнцефалограмма не меняется, несмотря на изменение содержания мышления человека. Решение парадокса состоит в следующем. Электроэнцефалограмма представляет собой усреднённый ответ сотен миллионов нейронов, электрические сигналы которых смешиваются между собой по законам физики. Для сравнения можно привести такой пример. На площади находится огромная толпа народа, и все разговаривают между собой. Каждый отдельный разговор имеет смысл, но общий шум, который при этом слышится, никакого смысла не имеет и представляет собой физическую смесь звуков. Так же и электроэнцефалограмме. Под каждым электродом расположены сотни миллионов нервных клеток, находящихся в различных функциональных состояниях. Электрические сигналы от них, имеющие разные знаки, скорости, фазы, частоты, интерферируют между собой, давая суммарную реакцию.

Но отсюда не надо делать вывод, что электроэнцефалограмма вообще ничего не даёт. В тех случаях, когда множество клеток работает синхронно, их активность их активность выделяется на электроэнцефалограмме, и она может многое показать. Примерами таких состояний является естественный и фармакологический сон, выздоровление от болезни, развитие опухоли мозга, действие терапевтических мероприятий, эпилепсия и т. д.

Посредством электроэнцефалографии в коре мозга открыты электрические «бури». Они возникают при эпилепсии. Сначала мы видим нормальную активность мозга. Но вот почти внезапно электроэнцефалограмма резко изменяется. Вся кора мозга охватывается одним процессом, большинство клеток начинает работать в одном ритме, амплитуда электрических процессов резко возрастает. Электрический ураган в коре длится до истощения всех её химических энергетических веществ, после чего прекращается. Электрические волны урагана катятся по всей коре, вызывая в ней различные процессы. Попадая в слуховые области, они вызывают слуховые галлюцинации, в зрительных областях – зрительные галлюцинации. Дойдя до двигательных областей коры, волны вызывают двигательную бурю, проявляющуюся у больного в виде припадка. Кора мозга сама себя раздражает своими собственными электрическими процессами.

У вас, вероятно, возникла мысль: а что, если электрические токи головы одного человека усилить и подать в голову другого, – будет ли этот другой человек думать и делать то, что думает и делает первый? Могу вам сообщить, что такие опыты сделаны и не дали ожидаемых результатов. Причина неудачи лежит опять-таки в суммарном характере электроэнцефалограммы.

Согласно основным законам электродинамики всякое изменение электрического тока связано с возникновением в пространстве, окружающем ток, распространяющихся электромагнитных волн. Наша голова полна переменных электрических токов. Следовательно, голова должна излучать электромагнитные волны примерно так же, как излучает их антенна радиостанции. Спрашивается: верны ли эти рассуждения и существуют ли электромагнитные волны, излучаемые мозгом? Рассуждения, безусловно, верны. Значит, электромагнитные волны, излучаемые мозгом, должны существовать.

Известно, что электрический ток, приложенный непосредственно к мозгу, возбуждает его и может вызвать различные ощущения – света, звука и даже воспоминания, возникает вопрос: действует ли электромагнитное поле на живые объекты? Да, оно действует, что доказано уже давно прямыми опытами. Если в электрическое поле конденсатора поместить нервы и лепки лягушки, то они будут возбуждаться. Следовательно, можно предположить, что и электромагнитные волны мозга могут возбудить другой «сочувственный мозг». Но ещё не доказано экспериментально, что такие волны действительно существуют. Было сделано несколько попыток экспериментально доказать существование излучения мозга. Но все попытки до сих пор не дели никакого достоверного результата.

Нам представляется, что электромагнитное излучение мозга с вопросом о передаче мыслей связывается ошибочно.

Всё, что может излучиться из мозга в виде электромагнитных волн, должно быть зарегистрировано на электроэнцефалограмме. Но нам известно, что по электроэнцефалограмме мысли прочитать нельзя. Следовательно, тем более их нельзя будет прочитать по электромагнитным волнам, излучаемым из мозга. Нам кажется, что сильно переоцениваются возможности воздействия одного мозга на другой посредством электромагнитного излучения. Электромагнитное поле мозга слишком, видимо, ничтожно по интенсивности, если его до сих пор не сумели зарегистрировать.

 

СПОР ДВУХ ФИЗИОЛОГОВ

Слово берут сразу два физиолога. Это кандидаты медицинских наук М. Айрапетянц и А. Иваницкий, сотрудники Института высшей нервной деятельности Академии наук СССР. Но между ними нет согласия: свою точку зрения они высказывают в споре. Итак:

– Что вы думаете о возможности передачи мыслей на расстоянии?

– По-моему, разговоры на эту тему являются повторением старых, уже отброшенных наукой вымыслов. Передача мыслей на расстоянии явно невозможна.

– Но вы ведь знаете, наверно, о фактах, когда два человека, находящихся в разных местах, начинают без всякой видимой причины одновременно думать об одном и том же.

– Да, конечно, такие факты мне известны. Но дело в том, что отсутствие причины для появления одинаковых мыслей является в этом случае лишь кажущимся. Физиологам известно, что многие раздражения, воспринимаемые нашими органами чувств, не доходят до нашего сознания, но, совпадая по времени с определёнными переживаниями, они позднее самостоятельно, по ассоциации, могут вызвать аналогичные переживания у близких людей, имеющих много общих интересов, постоянно общающихся между собой. Одновременное появление сходных мыслей и происходит именно под влиянием этих раздражений.

– Я согласен с вами, что в ряде случаев дело обстоит именно так. Но иногда подобное объяснение, мне кажется, является недостаточным. Я хочу рассказать вам об опытах чехословацкого физиолога Фигара. Вы знаете, что при всяком умственном напряжении происходит сужение сосудов тела, которое может быть объективно записано на приборе – плетизмографе. В опытах Фигара два испытуемых находились в одной комнате, но были разделены плотным занавесом. Когда одному испытуемому давалась задача перемножить в уме два числа, его плетизмограмма обнаруживала характерную реакцию сосудов: кривая опускалась. Интересно, что у другого испытуемого, который ничего не знал об этом и находился в условиях покоя, наблюдалась та же реакция. Запись на его плетизмографе тоже опускалась, хотя и с некоторым запозданием. Не думаете ли вы, что в этом случае чувство умственного напряжения, которое испытывал первый человек, передавалось другому?

– А как вы объясняете это явление?

– Я затрудняюсь назвать сейчас конкретный механизм, но допускаю, что это может происходить, например, с помощью электромагнитных колебаний, сопровождающих биоэлектрические явления в мозгу. Ведь известно, что нервная система реагирует на изменение электромагнитного поля. На такое «раздражение» может быть даже выработан условный рефлекс.

– Но вы же знаете, что величина электрического потенциала, возникающего при деятельности мозга, очень мала и равна десяткам или сотням миллионных долей вольта. Излучение электромагнитной энергии в этом случае совершенно ничтожно и не может быть воспринято без соответствующего усиления даже самыми чувствительными приборами.

– Это верно. Но чувствительность нашего организма может превосходить чувствительность самых совершенных приборов.

– И всё же, если мы и допустим, что такие волны могут быть восприняты другим человеком, что маловероятно, то и тогда они действовали бы на организм как чисто физический фактор и не могли бы передать содержание самой мысли.

– Почему?

– Вы же знаете, что картина биоэлектрических токов мозга – электроэнцефалограмма – не отражает конкретного содержания мысли. Она слагается из деятельности миллионов нервных клеток, электрические сигналы которых складываются между собой по законам физики. Доктор биологических наук Л. Гуляев приводит для иллюстрации этого положения отличный пример с большой толпой на площади. Мы слышим её шум, но понять существа разговора не можем.

– Конечно, суммарная электроэнцефалограмма не может передать содержания мысли. Но я приведу вам другой пример. Обычный радиоприёмник может выделить из хаоса электромагнитных волн, наполняющих эфир, волны только одной частоты и трансформировать их таким образом, чтобы мы воспринимали сигналы в том виде, в каком они звучали в радиостудии. Если такое сравнительно простое устройство, насчитывающее только несколько радиоламп, может выполнить столь сложную задачу, то почему вы отказываете в этом такому совершенному органу, каким является мозг человека, состоящий из миллиардов нервных клеток?

– Попробую ответить на ваш вопрос. Допустим, что действительно наш мозг смог бы воспринять сигналы от отдельных клеток мозга другого человека. Но и в этом случае передачи мысли не произошло бы. Мысль является результатом одновременной деятельности миллионов клеток, функционально связанных между собой на основе прошлого опыта. Не простое складывание деятельности нервных клеток, а их сложное взаимодействие, конкретная архитектура действующих связей определяют специфику мысли. Но связи между клетками носят индивидуальный характер, они вырабатываются у каждого человека на протяжении всей его жизни. Передача характера и особенностей этих связей, а главное – их специфики, их смыслового значения с помощью электромагнитных волн, а также других известных нам видов энергии принципиально невозможна.

– Пожалуй, мне трудно возразить что-нибудь против этого. Но отсутствие объяснения для какого-либо явления ещё не его опровержение.

– Для того чтобы объяснить явление, нужно прежде всего быть уверенным в том, что оно существует. У меня ещё далеко нет такой уверенности.

– Мозг хранит ещё много тайн. Возможно, что дальнейшее исследование откроет новые стороны его деятельности, которые дадут основу для научного объяснения многих загадочных сторон нашей психики. Несомненно, что это объяснение будет материалистическим и будет свободно от всякой мистики.

 

МОЖЕТ ЛИ МОЗГ НЕПОСРЕДСТВЕННО ВОСПРИНИМАТЬ ПЕРЕДАЧУ МЫСЛЕЙ?

В спор двух физиологов вмешивается третий. Это Н. Сараджев, сотрудник Института нормальной и патологической физиологии Академии медицинских наук СССР.

– Внешние раздражения, – говорит он, – поступают в мозг не непосредственно, а через специальные чувствительные органы. Они-то и могут выделять те или иные сигналы из хаоса внешних воздействий.

Доктор биологических наук П. Гуляев прав: энергия, передаваемая при передаче мысли, по-видимому, действительно крайне мала. Но для её восприятия должны существовать какие-то специализированные органы чувств. И я не могу согласиться с физиологами М. Айрапетянцем и А. Иваницким в том, что воздействие мозга-«передатчика» должно восприниматься непосредственно мозгом-«приёмником».

Известно, что сами по себе нервное волокно и нервная клетка, в том числе и клетка мозга, не являются достаточно легко возбудимыми. В процессе эволюции организмов у нервных клеток постепенно развились особые нервные окончания – рецепторы. Роль рецепторов заключается в преобразовании энергии внешнего раздражителя в процесс нервного возбуждения.

Рецепторы по большей части бывают высокочувствительны и специализированы к какому-то одному виду энергии. Они нередко бывают как бы «настроены» на определённый участок изменений уровня этой энергии. Следует напомнить, что уже известные нам рецепторы нередко по чувствительности намного превосходят известные в технике преобразователи энергии. Например, академик С. И. Вавилов указывает, что в специальных условиях отдельные клетки сетчатки глаза – палочки – имеют чувствительность в пределах от одного до нескольких десятков квантов – фотонов.

Особенно поразителен уровень чувствительности у рецепторов, который был выявлен в последние годы у некоторых тропических рыб: мормируса, нильского длиннорыла и др. Было найдено, что они имеют электрический орган, который способен создавать ритмические разряды амплитудой около 1-2 В. Такой орган им необходим не для поражения окружающих рыб, как это делают электрический скат или электрический угорь, а для ориентировки рыбы в мутной воде. Ориентировка осуществляется при возбуждении нервных окончаний, специализированных на различение изменений электрического поля окружающей воды. Эти электрорецепторы расположены вдоль боковой линии рыб и способны реагировать на изменения разности потенциалов поля, равных 3×10-9 В на 1 мм. В этом случае через 1 см2 поверхности тела протекает ток в 2×10-11 А, тогда как для возбуждения нервного волокна необходим в 100 тыс. раз больший ток. Неудивительно, что такие рыбы в условиях эксперимента были способны отличать изолирующие свойства волоса, погруженного в аквариум, от проводящих свойств тонкой металлической проволоки. Чувствовали они и момент поднесения к аквариуму постоянного магнита.

Примеры подобной высокоспециализированной чувствительности рецепторов можно продолжать и далее. Можно напомнить, что обоняние собак значительно превосходит все известные нам химические методы анализов.

Все эти примеры, как нам кажется, служат подтверждением того, что восприятие действия одного мозга на другой должно происходить через какие-то рецепторы, органы чувств, а не непосредственно. Возможно, что эти рецепторы заложены в коже.

Изучение тонкого строения нашего тела достаточно хорошо показало, что нервные окончания, расположенные, например, в коже человека, делятся на гораздо большее число типов, чем число кожных ощущений, известных физиологам. Если какие-либо рецепторы и возбуждаются при мысленном внушении, то мы можем и не ощущать этого.

Исследования советского психолога А. Н. Леонтьева недавно выяснили, что, помимо чувства осязания, температурной чувствительности, а также чувства боли, наша кожа может воспринимать и различать разные участки цветового спектра. Обычно исследуемые Леонтьева не чувствовали того момента, когда кожу их руки освещали зелёным цветом. Но после того как экспериментатор обратил их внимание на схему проведения опыта и давал им знать с помощью электрического раздражения другого участка кожи о моменте начала и окончания воздействия цвета на кожу, испытуемые смогли почувствовать это раздражение и даже отличить его от действия красного цвета.

Из этих опытов видно, что далеко не всегда человек в состоянии почувствовать действие слабого раздражителя. В то же время можно объективно показать, что после соблюдения ряда условий этот слабый раздражитель безусловно способен действовать на рецепторы и даже восприниматься в виде ощущений. Следовательно, тот факт, что в опытах с передачей мыслей люди не имеют никаких ощущений, связанных с началом и характером передачи, ещё не может являться доказательством того, что восприятие передачи осуществляется непосредственно мозгом, минуя органы чувств.

 

НЕ ПЕРЕДАЧА МЫСЛЕЙ, А ЛОЖНЫЕ ВОСПРИЯТИЯ

– Защищая возможность передачи мыслей на расстоянии, вы говорите о рецепторах, – заметил врач В. Новак по поводу выступления Н. Сараджева, – но нам, психиатрам, известны такие случаи, когда дело вовсе не в рецепторах, а в ложных восприятиях.

При ряде нервно-психических заболеваний мы встречаемся с обманами органов чувств: слуха, зрения, осязания, обоняния и вкуса. Иногда больные уверяют, что наряду со своими собственными мыслями у них имеются и «чужие» мысли, которые кто-то насильственно вкладывает им в голову, что их принуждают прислушиваться к «чужим» высказываниям, звучащим в голове, показывают различные фигуры и картины. Всё это псевдогаллюцинации – ложные восприятия, которые не имеют источников в окружающем внешнем мире, а возникают внутри организма. Их называют так, чтобы отличить от «истинных» галлюцинаций, вызываемых различными внешними физическими явлениями.

Псевдогаллюцинации вызываются расстройствами деятельности коры головного мозга. Иногда подобного рода расстройства приводят и к другому виду заболевания – появлению ложных, нелепых идей, называемых в психиатрии бредом. Галлюцинации и бред могут наблюдаться не только при психических заболеваниях, но и при болезнях, сопровождающихся высокой температурой, отравлениях, при тяжёлых нервных потрясениях, а иногда даже у здоровых людей в период пробуждения от сна.

Подобные явления при некритическом отношении к ним могут быть приняты за случаи «передачи мыслей». На самом деле ни о какой «передаче» здесь не может быть и речи. Это или заболевания с расстройствами высшей нервной деятельности, или галлюцинации, сопровождающие некоторые другие болезни, или кратковременные галлюцинации здоровых людей.

 

«ЧТЕНИЕ МУСКУЛОВ», А НЕ МЫСЛЕЙ

Но, может быть, все-таки есть люди, способные воспринимать чужие мысли?

...Вот в проходе зала, наполненного до отказа, движется человек с завязанными глазами. Получив мысленное задание – найти у одного из зрителей спрятанный предмет, он уверенно двигается в нужном направлении и, наконец, блестяще выполняет задание, ни у кого ни о чём не спросив. Многие, наверно, присутствовали на демонстрации подобных «психологических опытов», как называет свои выступления Вольф Мессинг. Как же удаётся ему выполнять мысленные задания? На этот и другие вопросы, заданные нашим корреспондентом П. Орешкиным, отвечает Вольф Мессинг.

– Вот уже много лет вы, Вольф Григорьевич, выступаете с демонстрацией психологических опытов. Быстрота выполнения сложнейших заданий, которые вам дают зрители, неизменно вызывает острый интерес аудитории, причём относительно того, как вы это делаете, высказываются самые противоречивые мнения. Ещё и сегодня находятся отдельные лица, утверждающие, что имеют место явления сверхъестественные, лежащие за гранью человеческого познания.

– Я категорически против подобных «объяснений». Мои опыты не имеют ничего общего с какими-то «сверхъестественными» явлениями. Они во многом объяснимы с позиций современной науки. Сам же я атеист до мозга костей и не верю ни в какие «потусторонние силы». Этим любителям «таинственного» нужно было бы присутствовать в июне 1960 года на моем выступлении в Почаевской лавре – крупном религиозном очаге. После демонстрации опытов многие церковники усомнились в существовании бога.

– Как же вы объясняете тот факт, что вам удаётся читать чужие мысли или, скажем, выполнять мысленные задания?

– Во многих случаях это не чтение мыслей, а, если так можно выразиться, «чтение мускулов».

– Не могли бы вы подробнее разъяснить это?

– Каждое моё выступление начинается с того, что членам жюри на сцену передают в письменном виде задание, которое мне предстоит выполнить под мысленную диктовку человека, его написавшего. Письменное задание даётся для того, чтобы члены жюри имели возможность подтвердить правильность его выполнения.

Сразу же после сигнала «Готово!» индуктор, то есть человек, написавший задание, начинает мысленно диктовать мне его, взяв меня за руку у запястья. Многие считают, что я беру за руку индуктора, но это неверно. С момента подачи сигнала окружающее перестаёт для меня существовать. Я сосредоточиваю всё своё внимание, всю волю на мысли диктующего мне задание. Допустим, мне диктуют следующее задание: я должен направиться в зал, подойти к гражданину, сидящему в двадцатом ряду, в кресле номер шесть, вынуть у него из нагрудного кармана авторучку и отдать индуктору. Первый вопрос, который я себе задаю: должен ли я оставаться на месте (ведь задание может выполняться и на сцене), или я должен двинуться в зал?

– И чем же вы руководствуетесь, принимая правильное решение?

– Вот здесь-то мы и подходим к тому, что называется «чтением мускулов». Установлено, что определённые мыслительные процессы в мозгу человека вызывают едва уловимые бессознательные движения. Такие движения различных мышц, которые сопутствуют мыслям, получили в физиологии название «идеомоторных актов». Когда человек напряжённо думает о чем-либо, клетки головного мозга передают импульсы всем мышцам организма. Их движения, незаметные простому глазу, мною легко воспринимаются.

Допустим, что, выполняя задание, я в какой-то момент совершаю ошибку. И тут же индуктор совершенно бессознательно, помимо своей воли, «сообщит» мне об этом. Его рука окажет неуловимое сопротивление, и нужно обладать большой чувствительностью, чтобы воспринять это.

Ощущая, что мои действия соответствуют желанию индуктора, я уже без колебаний направляюсь в зал. И здесь рука индуктора опять-таки служит мне своеобразным компасом, руководствуясь которым я безошибочно выбираю направление. Едва я подхожу к заданному ряду, индуктор снова невольно сообщает мне об этом, как, впрочем, он сообщает и то, что я миновал указанный ряд. Далее все совершается по тому же принципу. Я нахожу человека, отыскиваю ручку, передаю её индуктору. При выполнении заданий подобного рода для меня совершенно неважно, кого я должен отыскать в зале и что я должен делать с предметом, указанным в задании. Меня интересует лишь один вопрос: «да» или «нет», правильно или неправильно, соответственно или против желания индуктора я действую в данный момент, в данную секунду.

– Следовательно, характер задание для вас не имеет существенного значения?

– Совершенно никакого. Зачастую я по заданию физика или химика разбираю и собираю на сцене какие-то замысловатые приборы, пишу сложнейшие уравнения, о которых не имею ни малейшего представления. Но если я, к примеру, пытаясь составить вместе две совершенно незнакомые мне детали, допущу ошибку, индуктор сразу же «сообщит» мне об этом, и я немедленно начну искать другой вариант, пока не почувствую, что поступаю правильно. Не нужно думать, что лишь рука индуктора является «компасом». Я часто выполняю мысленные задания без непосредственного контакта с индуктором и даже с завязанными глазами. Здесь указателем мне может служить частота дыхания индуктора, биение его пульса, тембр голоса, характер походки и т. д.

То, что мои глаза завязаны, больше всего действует не аудиторию. Мне же работать с завязанными глазами даже удобнее: я лучше сосредоточиваюсь.

Такова в принципе моя методика «чтения мыслей».

 

ВТОРАЯ ЧАСТЬ






www.etheroneph.com

Facebook

ВКонтакте